В минувшую субботу, 26 сентября, в Национальной библиотеке им.А.Навои состоялось очередное заседание клуба «Интеллектуал» им.Батыра Базарбаева. В этот день здесь показали новый фильм Зульфикара Мусакова «Тегирмон» («Мельница»).
«Тегирмон» — фильм, который не заканчивается вместе с последним кадром. После него остаётся желание не столько обсуждать увиденное, сколько ещё раз обратиться к истории: к документам, фотографиям, судьбам людей, для которых всё происходившее не было прошлым. Это была их жизнь.
В центре фильма — Файзулла Ходжаев, одна из самых значительных и трагических фигур истории Узбекистана XX века. Но Зульфикар Мусаков рассказывает не только о государственном деятеле. За историческим именем постепенно возникает человек со своей семьёй, своим временем, своими представлениями о будущем страны и своим выбором.
И именно это, пожалуй, самое важное в фильме.
История часто остаётся для нас набором дат, фамилий и событий. Мы знаем, чем всё закончилось, и потому легче смотреть на прошлое из сегодняшнего дня, уже зная ответы. Но человек, который жил внутри этой истории, не знал, чем закончится его завтра.
«Тегирмон» возвращает это ощущение неопределённости.
Архивные материалы, фотографии, кинохроника, художественные сцены здесь существуют рядом, постепенно складывая не столько биографию одного человека, сколько портрет эпохи. Особенно сильное впечатление в фильме создают лица. Смотришь на них и вдруг понимаешь: для этих людей происходящее не было историей. Они не знали, что когда-нибудь станут архивом. Они просто жили.
Название фильма « Тегирмон» («Мельница») приобретает в этом контексте особый смысл.
История словно проходит по людям тяжёлыми жерновами, оставляя после себя искалеченные судьбы.
И чем больше узнаёшь о той эпохе, тем сильнее этот образ давит, тем страшнее становится эта простая метафора.
При этом фильм не предлагает простой схемы, в которой прошлое можно разделить на чёрное и белое. Он оставляет пространство для вопросов: о власти и человеке, о выборе и обстоятельствах, о надежде и цене, которую иногда приходится за неё платить.
Наверное, именно поэтому после «Тегирмона» не хочется ставить точку. Хочется продолжить разговор — уже самостоятельно, обращаясь к документам и свидетельствам того времени.
«Тегирмон» — тяжёлое кино. Но, пожалуй, именно такое кино сегодня особенно необходимо: не для того, чтобы дать готовые ответы, а чтобы не позволить памяти превратиться в формальность.
И, наверное, именно в этом — узнаваемый Мусаков: за историей у него всегда остаётся человек.
Елена Ветвикова
Член клуба «Интеллектуал»
Kultura.uz
Фото автора и Ирины Безруковой
