Тамара Попович: имя, ставшее эпохой. К 100-летию со дня рождения выдающегося педагога

Есть имена, которые не подвластны времени. Они не уходят – они остаются в памяти, в традиции, в продолжении дела. Имя Тамары Афанасьевны Попович – из их числа.

Пятнадцать лет минуло со дня её ухода, но для учеников, коллег, для всей музыкальной общественности Узбекистана она по-прежнему жива – в звучании рояля, в строгости школы, в той высокой планке, которую она задала и которой продолжают следовать её ученики.

Её называли по-разному: «легенда», «гений педагогики», «ювелир бриллиантов», «совесть школы». Но ни одно определение не способно вместить масштаб этой личности. Тамара Попович – это не просто имя. Это – эпоха в истории узбекской фортепианной школы ХХ века.

Её педагогический дар был сродни чуду. В её руках раскрывались таланты, расцветали способности, находили своё призвание десятки юных музыкантов. Удивительно, но у неё начинали играть все – не только одарённые, но и самые обычные дети. Потому что она умела видеть главное – внутреннюю искру, которую бережно разжигала и превращала в пламя.

Музыка была её судьбой, её воздухом, её вселенной. И рядом с музыкой всегда были ученики – её главное предназначение, её продолжение.

Облик Тамары Афанасьевны навсегда останется символом подлинной интеллигентности. В нём удивительным образом сочетались аристократическая сдержанность и душевная простота, строгая требовательность и тонкое внимание к людям. Недаром её сравнивали с Маргарет Тэтчер, называя «железной леди» – за принципиальность, внутреннюю силу и безупречное достоинство.

Более полувека она посвятила Республиканской специализированной музыкальной школе имени В.А. Успенского. Через её класс прошли десятки учеников, они поступали в ведущие музыкальные вузы мира, становились концертирующими пианистами и педагогами, воспитывали новые поколения исполнителей. Среди них – Алексей Султанов, Анна Маликова, Ирина Чуковская (Петрова), Адиба Шарипова, Эльмира Миркасымова, Улугбек Палванов, Фазлиддин Хусанов, Евгений Мурский, Бехзод Абдураимов, Тамила Салимджанова и многие другие.

Интерес к педагогике у Тамары Афанасьевны возник ещё в студенческие годы. Она внимательно изучала методику преподавания у признанных мастеров – А. Артоболевской, П. Месснера, А. Бакулова в Москве, а также у Ф. Гецонок, В. Слонима, З. Тамаркиной и особенно А. Бирмак в Ташкенте, у которой, по её словам, научилась главному – думать и анализировать.

Примечательно, что Попович не училась в музыкальной школе. Она родилась 29 марта 1926 года в Ташкенте в семье математика, доцента САКУ (Среднеазиатский коммунистический университет), а затем Суворовского училища Афанасиевича Кириаковича Поповича, от которого унаследовала не только способности, но и любовь к точным наукам. У её матери Ольги Константиновны Попович был хороший голос – меццо-сопрано. Однако профессиональной певицей она не стала. Именно Ольга Константиновна отвела дочь к популярному тогда педагогу по фортепиано Надежде Андреевне Муравьёвой. Тамаре было уже 11 лет. Несмотря на то, что её музыкальное образование началось поздно, именно оно и определило её судьбу. С увлечением занимаясь физикой и математикой, девочка с энтузиазмом посещала музыкальные занятия. Окончив с отличием среднюю школу, она легко поступила на физико-технический факультет Киевского индустриального института, который в годы Второй мировой войны был эвакуирован в Ташкент. Через год война закончилась, и институт вернулся в родной город. Тамаре пришлось  снова поступать, но на этот  раз она выбрала Ташкентский сельскохозяйственный институт. Будучи с детства усидчивой и трудолюбивой, она успевала всё: отлично занималась в вузе,  где все науки ей давались легко, и продолжала занятия музыкой, посещая платные трёхгодичные курсы, так называемой «Вечерней консерватории».

Как  вспоминала  ташкентская пианистка Инна Яковлевна Альспектор: «К консерватории они никакого отношения не имели. По вечерам и воскресеньям курсы размещались в здании консерватории. Заканчивая их, Тамара впервые ощутила потребность в профессиональном образовании. Полученный диплом давал право на поступление в консерваторию, и это оказалось решающим фактором в окончательном выборе профессии. Она бросает институт и с этого времени вся её жизнь отдана музыке».

Так, пройдя путь через технический вуз и сельскохозяйственный институт, она в итоге сделала осознанный выбор в пользу музыки и поступила в Ташкентскую консерваторию.

Впоследствии, осознавая ограничения своей исполнительской школы, она сосредоточилась на педагогике, выстраивая собственную методику обучения. Её подход формировался постепенно, в постоянном поиске и практике.

В чём же заключался педагогический феномен Тамары Афанасьевны? Прежде всего – в исключительной работоспособности и полной преданности профессии. Её методика была уникальной. Она воспитывала не просто исполнителей – она формировала личности. Каждое произведение должно было быть прожито и осмыслено. Её вкус был безупречен, она не терпела поверхностности и требовала полной отдачи.

Одним из принципов было обязательное публичное исполнение всего выученного материала, и оно становилось неотъемлемой частью обучения, закаляя характер, формируя артистическую волю. Ученики регулярно выступали, играя программы целиком, что формировало сценическую выносливость и уверенность. В их репертуаре были Бах, классические сонаты, романтические произведения, этюды и концерты с оркестром.

Концерты её класса становились событиями музыкальной жизни Ташкента. Они проходили в Большом зале консерватории при полном аншлаге. Лучшие ученики выступали с Национальным симфоническим оркестром Узбекистана под управлением народного артиста Узбекистана Захида Хакназарова – и это было настоящим праздником искусства.

Она учила своих учеников главному: никакие внешние условия – ни плохой инструмент, ни холодный зал – не могут быть оправданием. Музыкант обязан играть вдохновенно всегда и быть сильнее условий – и физически, и духовно.

В её классе не было зависти, не было соперничества – была школа достоинства, уважения и поддержки. Она сама являла пример высокой человеческой культуры, удивительной  трудоспособности, добросовестности, порядочности, уважения к коллегам, благородства в каждом поступке.

Попасть к ней было мечтой. Она обладала редчайшим даром – распознавать талант и вести его к вершине. Но путь этот был непрост: она требовала полной самоотдачи, абсолютной честности перед музыкой, ежедневного труда. Её ученики знали: талант – это лишь начало, всё решает работа.

Особое место в её жизни занимало сотрудничество с выдающимся педагогом Львом Наумовым, учеником Генриха Нейгауза. Этот творческий союз длился многие годы, и стал уникальным явлением в музыкальной педагогике. Наумов писал о ней как о редком мастере, обладающем поразительным чутьём на талант и создающем «живую лабораторию» воспитания музыкантов.

Отдельной страницей в её жизни стал Алексей Султанов – пианист ярчайшего дарования, чья исключительная судьба, вспыхнув яркой звездой на мировом небосклоне, трагически оборвалась. Он всегда подчёркивал роль Попович в своём становлении, отмечая её уникальные технические методы и требование абсолютного знания текста. Именно Тамара Афанасьевна заложила фундамент его мастерства, научила главному – служению музыке.

Сегодня её ученики живут и работают в разных странах, выступают на лучших сценах мира, передают её традиции новым поколениям. И в каждом из них – частица её таланта, её школы, её души.

Время не властно над подлинным величием. Тамара Афанасьевна Попович осталась в истории не только как выдающийся педагог, но и как нравственный ориентир, как символ служения искусству.

Она была больше, чем учитель. Она была судьбой. И потому память о ней – не просто дань прошлому. Это живая, светлая сила, которая продолжает вдохновлять.

 

                                                                 Инесса Гульзарова, музыковед