Крыша мира: эхо далеких экспериментов, или На пути прогнозирования землетрясений

К Международному дню памяти жертв землетрясений.

… Снежная лавина стремительно несется с гор. Затем селевой поток обрушивается вниз. Тропический циклон набрасывается на побережье. Цунами смывает в миг целый поселок. Грохочет вулкан, растекается расплавленная магма. Все это создает жуткую картину, казалось бы, слепых сил природы, которые трудно обуздать человеку. Но люди научились бороться с такими стихийными бедствиями. Строятся селезащитные плотины, мощнейшие инженерные сооружения на пути селей, лавин, наводнений. По крупицам собирая и анализируя факты, люди научились противостоять этим грозным явлениям. Возникла целая наука - прогнозтика, объясняющая причины возникновения таких бедствий и предсказывающая их. Но ни с чем не сравнить землетрясения!    

Да, здесь восклицаем, и не только в угоду подтверждения последствий, а потому, что все еще остается открытым главный вопрос…

Из истории известно, что город Ташкент за более чем 22-вековую историю своего развития пережил не одну сотню стихийных бедствий, включая и землетрясения. Современному поколению наиболее общеизвестна стихия 1966-го года, потому что еще живы свидетели тех страшных дней, значит, есть живая история…

…На световом табло сейсмической станции тревожно мигают слова, или, говоря сегодняшним языком, появляется бегущая строка: «Внимание! Сильное землетрясение».

 Успокоимся… Это лишь наше воображение. Настоящей Эврики пока нет… Да, еще не наступил тот день или час, когда свершится вероятность увидеть или услышать в нужное время предупреждающий сигнал… Ученые многих сфер исследований в комплексе и врозь  продолжают поиски, проводят эксперименты, обмениваются опытом, высчитывают алгоритмы решения этого сложного, доселе актуального и злободневного вопроса о возможности прогнозирования землетрясений…

Тем не менее есть один примечательный факт. В контексте темы данный вопрос высвечивается главным в повестке дня проходящей в эти дни в Ташкенте XVI Генеральной ассамблеи Азиатской сейсмологической комиссии (АСК).

И здесь напрашивается предыстория. АСК – авторитетная международная научная организация, проводящая раз в два года генеральные ассамблеи для обмена опытом в изучении землетрясений. АСК образована в 1996 году на региональной ассамблее IASPEI в Таншане (Китай). В составе комиссии 26 членов - страны Азии и Южной части Тихого океана. Определенную штаб-квартиру не имеет, функцийонирует как региональная научная организация, входящая в структуру Международной ассоциации сейсмологии и физики недр Земли (IASPEI) - главного органа, объединяющего исследователей в названных областях науки. А начало IASPEI под названием «Международная сейсмологическая ассоциация» уходит в 1903 год с постоянным бюро в Страсбурге…

При отборе кандидата - страны или города-организатора очередной генеральной ассамблеи комиссией учитываются несколько факторов. Выбор Ташкента был очевиден. Как отмечено в информационном бюллетене ГА АСК, «на XV ассамблее 2024 года, прошедшей в Маниле (Филиппины) официально подтверждено: следующая встреча пройдет в Ташкенте, что подчеркивает растущую роль Узбекистана в мировом сейсмологическом сообществе»

- Без преувеличения, для Ташкента проведение Генеральной ассамблеи Азиатской сейсмологической комиссии представляет особую значимость. Она объединяет ведущих ученых и специалистов в области сейсмологии и других направлений науки из многих стран мира, - подчеркнул в беседе с нами главный научный сотрудник Института сейсмологии АН Узбекистана, доктор физико-математических наук, профессор Собитжон Максудов. – И, думаю, сейчас уже не уместен акцент на выбор Ташкента адресом столь престижного научного форума. Столица Узбекистана занимает подобающее место  в истории мировой сейсмологии. Сильное землетрясение 1966 года стало важным импульсом для развития сейсмологических исследований и инженерии землетрясений в регионе. Более того, 2026 год знаменует собой 60-ю годовщину этого события, а также 60-летие Института сейсмологии Академии наук Узбекистана. Масштабность и историческое значение XVI ассамблее АСК придаст еще одна дата – в прошлом году Генеральная Ассамблея ООН объявила 29 апреля Международным днем памяти жертв землетрясений. Инициатива принадлежит Узбекистану совместно с Чили и Филиппинами, соавторами стали 83 государства, представляющие все регионы мира. В резолюции предложено всем странам, организациям системы ООН подключиться к инициативе, чтобы эта дата стала не просто днем памяти, но и призывом к действиям по снижению рисков, связанных с землетрясениями. С нынешнего года этот день впервые будет отмечаться в международном масштабе. Соответственно, в повестке XVI генеральной ассамблеи АСК 29 апреля обозначено особым форматом…

В эти дни уместно вспомнить еще об одном немаловажном событии, которое также берет начало с 1966 года и связано с именем легендарного ученого мирового масштаба академика Ибрагима Хамрабаева, научно обосновавшего и, участвуя в экспедиционной разведке, практически доказавшего наличие и огромные возможности золотого месторождения на Мурунтау. Ученый «за пределами кабинета», как называли Ибрагима Хамрабаева соратники,  пешком отшагал многие горные и равнинные местности центрально-азиатского региона. Знал все «на глазок» и «на зубок»… Кстати, с 1920 года 5 мая в календаре обозначено днем его рождения.

Беда, обрушившаяся на Ташкент в 1966 году, заставила ученого пересмотреть свои разведывательно-изыскательские планы на ближайшую перспективу. Он инициировал Памиро-Гималайский проект в рамках Международной программы по изучению верхней мантии Земли и ее влияния на развитие земной коры. Особенность проекта была в том, что наряду с вопросами геологии, геофизики, геохимии, геодезии предстояло зондирование на факт сейсмики этих многокилометровых вширь и вглубь вершин в пятисоттысячном масштабе. Немаловажным было привлечение к проекту, как к эксперименту, также стран, граничащих с Узбекистаном, и международных экспертов по вопросам изучения глубинных недр Земли.

В столь масштабном проекте (осуществлялся в несколько этапов) участвовали ученые Института Физики Земли АН СССР, институтов геологии и геофизики АН Узбекистана и Украины, структуры полевой и промысловой геофизики Мингеологий союзного значения, Узбекистана, Таджикистана… По ту сторону границы работы вели эксперты и ученые Индии, Пакистана, Италии…

В своих воспоминаниях о Памиро-Гималайском эксперименте профессор Антонио Марусси (Италия) писал: «Я преклоняюсь перед именем Ибрагима Хамрабаева. Его реализованная идея - это составная часть геодинамического проекта… Представьте себе некую полосу, которая тянется на тысячу километров, пересекая границы Союза, Афганистана, Индии и Пакистана. Конечные пункты – город Узген Ошской области Киргизии и город Атток близ Исламабада в Пакистане. Вдоль этого направления и велись исследования в течение нескольких лет, чтобы получить ответ на вопрос о глубинном строении высочайших в мире горных систем Южного Тяньшаня, Памира, Гиндукуша, Каракорума и Гималаев…. Ибрагим Хамрабаев многогранный ученый, до которого еще никто не «дотрагивался» в практическом плане до глубин Памиро-Гималаев…».

По прошествии даже нескольких десятков лет со времени столь амбициозных по значимости проектных работ академик Турабек Далимов не переставал думать об этом эксперименте и подвел, как он пишет в своих мемуарах, некоторые итоги: «Во-первых, выяснилось, что земная кора Памира и Гималаев не однослойна, обладает аномально высокой мощностью (80-85 км) и плавно сокращается на север в сторону Казахстана и на юг в сторону Индии. Ибрагим Хамрабаев был одним из тех, кто попытался решить одну из труднейших загадок Земли - происхождение Памиро-Гималайской системы гор. Эта задача занимала умы Э. Неймайра, Э.Зюсса (Австрия), Э.Ога (Франция), Д. Мушкетова, В.Хаина (Россия), Г.Штилле (Германия). А ведь еще Геродот и Гумбольт пытались решить эту задачу. Решили? Нет, однако собирался материал, становились яснее контуры проблемы, появлялись отдельные частные решения, но возникали все новые и новые вопросы… И вот в 1966 году усилиями ученых Узбекистана, Индии, Италии и России организовывается Памиро-Гималайский геодинамический проект, руководителями которого были Антонио Марусси, Ибрагим Хамрабаев, Владимир Белоусов. Это один из немногих крупных проектов по данной задаче. Геологи разных направлений (геофизики, геологи, геохимики, петрологи, геодезисты) попытались еще раз попробовать ее решить. Десять лет упорного труда, многочисленные споры, обсуждения очень сильно продвинули науку. Было установлено, что процессы горообразования имеют глубинную природу, впервые было доказано, что здесь, под Памиром и Гималаями, мощность коры имеет аномально высокие значения и достигает 80-85 км. Определена крайняя сложность типов континентальной коры. Если до этих работ континентальная кора представляла собой двух-и трехслойную модель, то теперь картина выглядела гораздо более сложной. Хамрабаев впервые выделил типы континентальной земной коры (ферганский, копетдагский, кураминский, южно-тяньшаньский) Это были фундаментальные результаты, которых в геологии, как и в других науках, бывает не много и получаются они не часто… И все-таки: удалось ли решить проблему в целом? Не уверен. Наверное, нет, так как в те годы столкнулись два подхода: фиксистский и мобилистский…»

На человеческие и профессиональные качества ученого-самородка, научную новизну результатов памиро-гималайского проекта акцентировал внимание его сподвижник, доктор геолого-минералогических наук Абдуманнон Хасанов: «Хамрабаев не был кабинетным ученым. Он каждый год выезжал на полевые работы, лично прощупывал каждое обнажение, чтобы доказать и показать своим противникам свою правоту, а их, противников, было немало. ученый имел привычку делать интересные и далеко идущие выводы по каждой завершенной теме. В своем докладе «О глубоких слоях земной коры» один из выводов гласил так: нижняя часть гор в несколько раз глубже, чем их верхняя, видимая часть. Далее, разъясняя сказанное, он продолжил: горы напоминают айсберги, нижняя часть которых в 7-10 раз глубже верхней части, они являются гасителями сейсмических волн, оберегающими от катастроф на Земле. Этот вывод еще ждет своего дальнейшего изучения и объяснения… Не знаю, читал ли Хамрабаев священную книгу… Так, в одной из сур заострено внимание на горы (V век): «Мы создали на Земле горы, которые, выполняя  роль ребер Земли, оберегают ее от разрушений»

В процессе экспериментов и обобщения собранных материалов Ибрагим Хамрабаев приходит к выводу, что необходимо систематически и планомерно разрабатывать проблемы магматической геологии - и не только Узбекистана, но и всей Азии в целом. Так, в 1966-1971 годы зародилось еще одно направление, посвященное региональным формационным исследованиям, проходившим в сотрудничестве с Академиями наук Киргизии, Таджикистана, Казахстана, Мингеологии России,  другими организациями. Только благодаря настойчивости и упорству ученого удалось в течение следующих 30 лет системно продолжать исследования и завершить создание Карты магматических формаций Средней Азии масштаба 1:500000.

Да, богатое научное наследие Ибрагима Хамрабаева предстоит еще изучать и дальше  развивать, и в том надежда - на молодое поколение.

А что думают по этому поводу преуспевающие последователи ученого?В диалоге – Бахтиер Нуртаев, модератор секционного заседания ГА Азиатской сейсмической комиссии, старший научный сотрудник Института геологии и геофизики имени Х.А.Абдуллаева, кандидат физико-математических наук:

- Международный Памиро-гималайский проект считается масштабным геолого-геофизическим исследованием. Сегодня можно смело сказать, что на протяжении длительного времени оно осуществлялось под общим руководством академика Ибрагима Хамрабаева. Впоследствие под его редакцией опубликована серия монографий, в том числе фундаментальная «Памир-Гималаи. Глубинное строение земной коры», в которой детально описаны ход проекта, особенности специфики строения коры в местах столкновения тектонических плит. Сборник «Земная кора и верхняя мантия Памира, Гималаев и Южного Тянь-Шаня» представлен материалами международного совещания в Ташкенте по итогам первого этапа проекта. В данной книге содержатся подробные сведения о сейсмических работах, геотермических и геоэлектрических особенностях региона, которые в целом и по сегодняшний день продолжают служить как бесценный источник науки и практики. С учетом сказанного также подчеркну, что результаты этого проекта в той или иной степени могут быть затронуты и в выступлениях участников ассамблеи АСК в Ташкенте, да и в дальнейшем тоже…» 

Хотя непосвященному в тему нелегко понять научный язык, тем не менее внимательно прислушаемся к выводам ученого о непреходящем значении международного эксперимента и обязательно осознаем, насколько и сегодня актуально продолжение подобного уровня научных экспериментов.

«…Известно, что по итогам проекта получены утонченные данные о мощности земной коры под Памиром и Гималями (до 75 км). Установлена расслоенность верхней части земной коры. На юго-западном Памире и в восточном Гиндукуше выделена зона глубоких очагов землетрясений (до 300 км). Наличие зоны глубоких землетрясений свидетельствует о том, что источники тектонических напряжений расположены как в толще литосферы, так и в более глубоких слоях верхней мантии. Определено, что в отдельных районах Памира возможно поступление с больших глубин Земли значительных объемов аномально разогретых масс вещества. По ослабленным зонам земных недр - астеносферным каналам -  возможно перемещение этого разогретого вещества на северо-запад, в сторону Тянь-Шаня. Именно в этом направлении отмечается горизонтальное ориентирование напряжений растяжения в очагах землетрясений. Над такими областями, и особенно по их краям могут концентрироваться интенсивнее поля напряжений механической и тепловой природы, разрядка которых может проявиться в усилении сейсмической активности…»

Акцентируя внимание на вопрос о прогнозировании землетрясений, Бахтиер Сайфуллаевич дал четко понять следующее. «Мы хорошо понимаем, где может произойти землетрясение (на границах плит, в активных разломах), но предсказать конкретный день и час все еще практически невозможно, хотя официально зарегистрировано более 50 способов прогноза землетрясений. Дело в том, что большинство из этих методов фиксируют «предвестники», которые ведут себя крайне нестабильно. Чтобы прогноз считался успешным и полезным для спасения жизней, он должен точно указывать три параметра: где, когда и какой силы произойдет толчок. Кора неоднородна, и критическая точка, когда породы не выдержат и резко сдвинутся, зависит от множества факторов. Нужно изучать более детально строение земной коры и мантии, установить точное положение активных разломов и комплексно наблюдать за их движением…»

Перед нами карта сейсмических районов Узбекистана, та, которая была составлена учеными по итогам Памиро-Гималаского научного эксперимента. В линиях и цифрах отражен многолетний труд – итог комплексного подхода к исследованиям проблем сейсмологии со стороны геофизиков, гидрологов, геологов, геодезистов, химиков, физиков…Но одно дело границы государственные, другое – границы геологических зон. Они ведь не всегда совпадают. Потому только усилия ученых разных направлений, разных городов и стран, без учета государственных границ  – путь к разгадке земных недр.

Такие цели и задачи озвучивают в контексте своих выступлений и ученые с трибуны проходящей в эти дни в Ташкенте XVI Генеральной ассамблеи Азиатской сейсмологической комиссии. Выступивший на торжественном открытии форума президент АСК Рубен Татевосян, говоря о важности встречи ученого мира на одной площадке с единой целью – достижения снижения сейсмических рисков, в частности, подчеркнул: «Здесь, на ташкентской ассамблее, ученые будут говорить о результатах своих исследований, обмениваться информацией, договариваться о проведении совместных проектов. Почему? Потому что изучение Земли требует координации усилий специалистов разного профиля практически из всех стран и регионов мира… Обширная работа комиссии по содействию сотрудничеству в рамках международных проектов в Азии, к примеру, будет способствовать комплексному исследованию землетрясений, происходящих на приграничных территориях. Ведь разрушения и серьезные повреждения могут коснуться по разные стороны границ, и тогда полной картины произошедшего по данным одной страны зачастую составить будет практически невозможно. В том мы вновь убедились, исследуя очаги последних лет землетрясений, когда сочленения, соответственно, и последствия имели близлежащие регионы других стран. Это значит, что землетрясение не знает границ. Так давайте чаще встречаться, вместе работать и шире продвигать накопленный опыт…»

…На огромном табло – бегущая строка: «Внимание! Ожидается сильное землетрясение…»

Да, наше воображение, пожалуй, никогда не перестанет поражать свирепая мощь землетрясений, разрывающих грудь земли и вызывающих библейской силы наводнения и засухи, способные разрушить ритм жизни целого государства, а порой и нескольких стран. Как мало еще знает сейсмология о природе этого сложного и исключительно коварного явления! Действительно, мало, поскольку мы не достигли хотя бы понятия «считанное число». Статистика сообщает, что ежегодно все еще тысячи уже не дышащих жизней извлекается из-под развалин городов нашей беспокойной планеты… Но ученые умы не перестают извлекать уроки, наука продолжает еще более пристальней вглядываться в сущность грозной стихии. И мы верим: недалек тот день, когда разум человека, его естественный интеллект наконец спрограммирует ИИ, который будет работать на опережение, так, чтобы своевременно выявлять признаки и обуздать слепые проявления буйства земных недр…

Как нам сообщили в пресс-центре XVI ГА АСК, программа встречи ученых на ташкентской земле насыщенная. В ключевых блоках будут работать секции на темы о современных методах мониторинга сильных движений грунта, рассмотрены вопросы прогноза землетрясений и оценки сейсмической опасности, изучения глубинного строения земли в Центральной Азии. Особое внимание обращается на опыт Ташкента 1966 года. Члены АСК совместно будут обсуждать  уроки ташкентской стихии, говорить о том, как город полностью был перестроен с учетом сейсмостойкости. В данной секции акцент будет сделать на укрепление регионального сотрудничества, в частности, на создание единой сети обмена данными между странами центрально-азиатского региона и Южной Азии. Нас не могла не заинтересовать и практическая сторона форума. Предусмотрены полевые встречи. Гости посетят сейсмологические станции нашей республики и с выездом на место будут изучать геологические разломы Тянь-Шаня.

Значит, в определенном смысле на отдельной территории Памиро-Гималайского складчатого пояса нашей планеты вновь заработают сейсмометры. Десятки передвижных и стационарных самописцев, установленных в разных пунктах Южного Тянь-Шаня, Памира и, возможно, по ту сторону  Гималаев вновь будут регистрировать волны своеобразного – искусственного землетрясения. Международная научная экспедиция на Крышу мира, совершенная 60 лет назад под руководством академика Ибрагима Хамрабаева с участием порядка десяти стран, сегодня расширяет свою географию. Преодолевать вершины готов ученый свет со всего Азиатского континента. Заинтересованы в том и европейские специалисты, последователи идей профессора Триестского университета Италии Антонио Марусси, бессменного участника трех этапов памиро-гималайской экспедиции.

Эхо далеких экспериментов, как мечтали их свершители, сегодня находит отзвук в сердцах преданных своей профессии людей, для которых геология в широком значении стала для них призванием. Автор этих строк, рассказывая о событиях шестидесятилетней давности устами самих их участников, которых, к сожалению, уже нет рядом с нами, посчитал обязательным вспомнить еще несколько имен, имеющих непосредственное отношение к реализации и успешному завершению Памиро-Гималайского проекта. Истинный патриот земли узбекской Шараф Рашидов высоко ценил заслуги И.Хамрабаева перед отечественной наукой и практикой, всячески поддерживал его идеи и эксперименты. Именно из уст руководителя страны академик получил новое имя «Олтин одам». Академик Гани Мавлянов в нелегкий для Ташкента период – в 1966 году возглавил созданный как веление времени новый институт сейсмологии. Ныне имя ученого увековечено в названии этого мерила науки при АН Узбекистана. Член-корреспондент Академии наук СССР Владимир Белоусов еще в 1960 году предложил международный проект изучения слоя Земли и до конца жизни благодарил узбекского коллегу за возможность совместного осуществления программы мирового уровня. Участие в проекте принимали академик АН Таджикистана Рауф Баратов, доктор геологии Хари Наранч (Индии), профессор Вашингтонского университета Ян Кутина, доктор Нью-Йоркской академии Борис Таль-Вирский, руководители структурных подразделений экспедиции от Узбекистана, инженерных дел мастера Вячеслав Рубайло, Равиль Девятов, Сохиб Алиев, Геннадий Фролов, Анвар Юлбарсов… Много раз по тропам экспедиции шагал писатель Сагдулла Караматов. Свои наблюдения он отразил в романе «Золотые пески», прототипом главного героя которого является Ибрагим Хамрабаев. Более того, С.Караматов в те нелегкие годы, а именно в 1966 году по поручению Шарафа Рашидова взял на себя руководство первых столичных газет на двух языках. 1 июля 1966 года, в пятницу вечером газетные киоски Ташкента и столичной области получили первые номера «Тошкент окшоми» и «Вечернего Ташкента»…

В поисках ответа на главный вопрос того времени - о возможности прогнозирования землетрясений - вместе с экспедицией в течение пяти лет протоптал десятки километров горной местности «вооруженный» блокнотом и ручкой журналист Шахабутдин Зайнутдинов. Он поднимался  на высокие склоны без устали, и в том была еще одна  цель – хотя бы на уровне размаха птиц взором объять Крышу мира. Его манила эта высота, чтобы понять название позывного летчика-космонавта, уроженца Узбекистана Владимира Джанибекова. Это имя, ставшее сегодня легендарным, впервые широкой международной общественности было озвучено в печати в 1975 году. Владимир Джанибеков был представлен в качестве командира одной из двух дублирующих орбитальных команд по программе «Союз-Аполлон». Ш. Зайнутдинов, когда узнал из информационного сообщения ЦУП, что будущий космонавт родился в Бостанлыксом районе, уговорил редактора «Правды Востока» на подготовку эксклюзива из Звездного городка и выбил командировку в Москву. Нелегко было, конечно, молодому журналисту попасть в закрытый городок… Тем не менее интервью получилось. Еще тогда Владимир Джанибеков отдельно остановился на вопросе выбора своего позывного: «Почему «Памир»…Я родился и вырос в отрогах Памира. Недосягаемая гора меня привлекала с детства. С ее отрогов я наблюдал за звездами, самолетами, птицами. Крыша мира закалила мой характер. Всегда думал о том, что когда-нибудь поднимусь на ее пик… Пока моя мечта в названии позывного …»  Он уверенно шел к своей цели, несмотря на преграды. И его мечта осуществилась с избытком. Он поднялся выше пика Памира, с высоты космоса увидел всю его красоту… 

Совсем недавно на адрес автора этих строк пришла бандероль-«достака» от Гавхар Насыровой, дочери Ибрагима Хамрабаева. В ней оказалась папка с архивными материалами академика касательно Памиро-Гималайского проекта. Это была практически полная библиография печатных публикаций, а также машинописный литературный сценарий научно-популярного фильма «На пути прогноза землетрясений». Научный консультант - академик Ибрагим Хамрабаев. Автор – Шахабутдин Зайнутдинов… Слезы катились долго… Уже четыре года, как не стало брата. А его друзья  продолжают готовить нам сюрпризы, зная,  как  все о нем ценно для семьи… Нити к самому фильму пока не нашли. Известно лишь, что в те годы Шахабутдин активно начал работать в творческой мастерской Малика Каюмова. Мэтр документалистики пригласил журналиста после «нашумевшего» его фильма «Астронавты в Узбекистане». Он был снят в 1975 году по местам пребывания астронавтов НАСА накануне полета по первой международной космической программе «Союз-Аполлон»…

Литературный сценарий брата помог мне углубиться в тему и успеть написать этот материал накануне знаменательного события, когда будут вновь говорить об открывающихся  возможностях прогноза природных стихий. Надеемся, что эксперименты в мирных целях будут продолжены и эхом отзываться  в сердцах солидарных людей. «Крыша мира» всегда овеяна добрыми тропами и готова на новые эксперименты и открытия.

                                                                                                            Ильмира Зайнутдинова