"Когда воспоминаниям нет конца". Ведущий рубрики - Эльпарид Ходжаев

21 июня 1991 года вышло постановление правительства по результатам проверки обстоятельств стихийного бедствия – оползня в поселке Джигаристан г. Ангрена Ташкентской области».

Как вспоминает участник этих событий  Анвар  Умартаев, 4 мая того года недалеко от Ангрена произошла одна из самых масштабных и разрушительных природных катастроф в истории современного Узбекистана. Оползень, унесший множество жизней, полностью уничтожил поселок. Это событие стало трагическим примером того, к каким губительным последствиям приводит халатность чиновников.

Дело в том, что еще за год до катастрофы органами инженерно-геологической службы

были даны официальные предписания Ангренскому Совету народных депутатов (хокимиату города) о немедленной эвакуации жителей 33 домовладений в безопасные места. Однако руководство Ангрена даже не проинформировало граждан об угрозе. Люди продолжали жить привычной жизнью, не подозревая, что прямо над их головами нависла смертельная опасность.

- Сход гигантского пласта земли начался на рассвете, где-то в 6.45 утра, - делится подробностями Анвар Джураевич, тогда еще служивший в системе МВД. - Те, кому посчастливилось выжить, рассказывали, что раздался страшный, глухой гул, и за считанные секунды огромная серая масса из грязи и камней накрыла поселок. Люди не успели и понять, что происходит. Официально погибшими признали 54 человека. Все они так и остались погребенными под 20-метровой толщей земли. Расчистить завалы, несмотря на многочисленные попытки, так и не удалось.

Поскольку трагедия обнажила системные проблемы в контроле за опасными природными зонами, постановление  дало старт важным государственным реформам. В республике создали единую систему прогнозирования, проектирования и строительства защитных сооружений. Чтобы предотвратить подобные катастрофы в будущем, геологическая и метеорологическая службы начали составлять детальные карты всех селе- и оползнеопасных зон. Спецтехникой и кадрами укрепили Управление гражданской защиты и чрезвычайных ситуаций (ГЗЧС) при Министерстве обороны (позже на его базе создали Министерство по чрезвычайным ситуациям).         

 

Именно тогда Анвара Умартаева перевели в это ведомство из системы МВД. Он возглавил отдел ГЗЧС Ахангаранского района и города Ахангаран.

- Из-за своего рельефа, специфики грунтов и климатических условий этот район - одна из наиболее оползнеопасных зон республики, - объясняет Анвар Джураевич. - Наибольшая угроза схода оползней и селей возникает в определенные сезоны и при конкретных погодных и антропогенных условиях, причем весенний период (март-май) - пик опасности. Это самый критический период в горных и предгорных районах. Интенсивное таяние снегов, затяжные и обильные дожди переувлажняют глинистые и песчанистые почвы. Из-за этого снижается их устойчивость. Летний период (июнь-август) также опасен из-за высокогорных селей. Вот тогда у нас, сотрудников ГЗ ЧС, и наступала горячая пора, мы буквально дневали и ночевали в зонах повышенной опасности, где разворачивали свои опорные пункты.

Для контроля ситуации геологи установили на склонах над горными поселениями специальные измерительные приборы, следящие за натяжением или сжатием земных пластов. Анвар Джураевич вспомнил случай, который произошел в 1995 году. Геологи выдали предписание на срочную эвакуацию кишлака Кочбулак Ахангаранского района, находящегося в оползне-опасной зоне. Дома там стояли длинной цепочкой вдоль горного сая, под склонами холмистых гор.

Решать вопрос с переселением должна была специальная комиссия, куда входили ответственные работники района, включая прокурора А. Набиева. Прямо на месте между ним и геологами произошло жаркое обсуждение.  Прокурор, помня суровые уроки постановления №166 приказал собрать жителей кишлака. Он честно объяснил людям, что ситуация критическая, и попросил оперативно подготовится к выезду. Сказал, что сейчас организуют транспорт, их перевезут в безопасное место, там они переждут пару дней, и при положительном исходе ситуации и уверенности в безопасности для дальнейшего проживания, они смогут вернутся домой. Тяжело было уговаривать, ведь многие не хотели покидать свои дома.

Но трагедия Джигаристана была еще свежа в памяти, поэтому никто не стал отказываться. Всех жителей благополучно эвакуировали в Ангрен: кто-то остановился у родственников, кого-то временно разместили в общежитиях и гостиницах.

- Внизу никого не осталось. Наверху, над дорогой, выставили милицейский пост для охраны покинутых домов , - продолжает Анвар Джураевич. - И где-то в середине ночи это случилось: огромный пласт земли пришел в движение. Все постройки, сады и огороды вместе с оставшейся домашней живностью, а кто-то оставил и транспорт, в миг поглотила масса из грязи и камней. Этот страшный поток был такой мощный, что даже захватил дом, где находился милицейский пост, хотя тот стоял высоко над низиной. Входную дверь заблокировало, и сотрудникам милиции пришлось спасаться через окно.

Дорогу и сай перекрыло, образовалась плотина, вода скапливалась быстро, нужны были срочные меры, чтобы все это очистить. Благодаря мерам, предпринятым соответствующими службами, в течение нескольких часов преграды были устранены. Слухи о катастрофе распространились быстро, стали прибывать жители исчезнувшего  кишлака, и их благодарности не было предела, радость, слезы на глазах. Я сам был рад, что все так обошлось, и все было предпринято вовремя. Люди особо благодарили прокурора района А. Набиева. Ведь именно он настоял на эвакуации и организовал переезд кочбулакцев. Однако все понимали: это – прямое следствие правительственного постановления №166. Не будь его, не было бы и этого благополучного исхода.

А людям, оставшимся без крова, без крыши над головой, оперативно выделили под Ангреном участки земли, помогли со строительными материалами. Благодаря этому они смогли быстро обустроиться на новом месте.

Когда река не оставляет шансов

Анвар Джураевич вспомнил еще один случай, когда жизнь человека висела на волоске. 21 марта 1996 года началось наводнение: река Ангрен вышла из берегов. В зоне затопления оказалась сторожевая будка Ахангаранского водоканала. Поток был настолько бурным, что казалось, устоять перед ним невозможно.

Сторожевая будка ещё держалась, но находилась в самом центре разбушевавшейся стихии. Вода стремительно огибала стены. В окне был виден пожилой сторож — житель одного из расположенных вдоль реки населённых пунктов. Ему было уже за семьдесят.
На берегу кричали люди, пытаясь найти способ спасти его. Начальник управления водоканала и главный инженер поднялись выше по течению и попытались добраться до поста на надувной лодке. Однако сильнейший поток пронес их мимо - попытка оказалась безуспешной.
Анвар Джураевич, схватив канат, бросился было к воде, но его остановили: «Это бесполезно! Тебя самого унесёт!» Взглянув на реку, он понял: идти напролом действительно смертельно опасно. Тогда на машине проехал до ближайшего моста и переправился на другой берег. Там течение было немного спокойнее. Он взял канат и спрыгнул с берега в воду. Но именно в этот момент произошло то, чего все боялись.
Сторожевая будка рухнула. Её полностью накрыло бурлящей водой. Казалось, надежды больше нет.

Вместе с коллегами Анвар пошел вниз по течению. Вскоре они заметили: там, где недавно стояла сторожка, над бушующей водой возвышается кусок бетонной плиты с небольшим темным проемом. В голове промелькнуло: «А вдруг он жив?» Мужчины всмотрелись и обомлели – из проема им отчаянно махал рукой сторож. Старик уцелел. Он был жив. Именно спасатели оказались в поле его зрения. Городские чиновники собирались уже уезжать, чтобы доложить наверх о случившейся трагедии, но, увидев, что Анвар Джураевич снова бежит к реке с канатом, остановились.

Он понимал: времени почти не осталось. Ледяная вода бурлила. Он решил попробовать другой путь. Выше по течению из воды торчали бетонные столбы линии электропередачи. Спасатель подумал, что сможет закрепить трос на одном из них и постепенно спуститься к сторожу - расстояние составляло метров 50–60. Он приладил канат к столбу, а другой конец привязал к себе.

Начал спуск. Люди что-то кричали, яростно махали руками, но из-за грохота реки Анвар не мог разобрать ни слова. Лишь когда столб, к которому был прикрепил канат, с жутким треском рухнул в воду буквально в метре от него, он осознал причину этих криков. Опора медленно уходила на дно, веревку мгновенно вырвало, а бешенное течение подхватило самого Анвара Джураевича. Потоком его вынесло на небольшой островок, откуда он увидел, что волной смыло плиту и сторожа выкинуло тоже на кусок земли, торчащий над водой. Спасатель теперь хорошо видел измученного пожилого человека с посиневшими губами. Он был настолько измучен холодом и борьбой с течением, что уже практически не мог двигаться.

Нужно было срочно искать другое решение. В это время двое жителей кишлака Карактай-один из которых оказался сыном сторожа, добрались до Анвара Джураевича. С собой они прихватили автомобильную камеру. К ней решили привязать один край каната, чтобы старик мог удержаться на воде, а вот другой конец требовалось как-то доставить прямо к нему. Анвар Джураевич завернул камень в полиэтиленовый пакет (который выловил в воде), и надежно закрепил его на веревке. Оставалось главное – совершить точный бросить. Расстояние было небольшим, но сильный ветер в любой момент мог снести груз в сторону. Анвар размахнулся и бросил. Расчет оказался верным: спасательный трос лег прямо в руки сторожу. Теперь все зависело от самого старика – сможет ли он притянуть к себе автомобильную камеру и удержаться за нее.

В момент броска Анвару пришлось резко податься вперёд, он потерял равновесие, и бешенное течение снова подхватило его. Лишь спустя сотню метров ему удалось выбраться на сушу. Собравшиеся на берегу люди в шоке качали головами, в один голос твердя, что он сумасшедший, раз опять рискнул войти в эту смертоносную реку.

Но главное было сделано - замысел удался. Пожилого человека вместе с камерой подтянули к берегу. Он остался жив. 
До этого из-за разрушительных оползней и других стихийных бедствий в районе уже гибли люди. Именно потому спасение еще одной человеческой жизни для каждого здесь значило очень много. Для Анвара Джураевича это был долг, тот самый долг, который человек берет на себя, выбирая службу людям. Позже его самоотверженность руководство республики отметило ценными подарками. Но, пожалуй, никакая награда не сравнится с чувством, что человек, которого уже почти потеряли, остался жив.

«О службе можно рассказывать бесконечно, - говорит Анвар Джураевич. - О людях, тревожных вызовах, опасностях и решениях, которые приходилось принимать в считанные секунды. Однако главное заключается не в количестве пережитых событий и не в регалиях. Иногда нужно просто сделать шаг туда, где страшно. Иногда – протянуть руку тому, кто уже потерял надежду. В этой жизни действительно есть место подвигу, и совершить его может каждый. Главное – любить и ценить жизни, дорожить теми, кто находится рядом, и помнить, что чужая судьба в какой-то момент может оказаться в твоих руках. Ведь настоящая сила кроется не только в физической выдержке. Сила – в характере. Честь – в поступках».